В окопах Кремля - Альберт Байкалов

— Но ведь ты на обед приходила! — растерялся Матвей и посмотрел на газовую плиту. Там стояла кастрюля с разогретым борщом и картошка пюре с котлетами. Вика ни к чему не притронулась. Он вышел следом.

Вика надевала сапоги.

— Да что-то расхотелось есть, — призналась она. — Подумать только, а мне эта мразь поначалу принцем показалась.

Услышав ее слова, Тунец выскочил из кухни. Завернутый в простыню, словно одетый в тунику, он походил на древнего римлянина. В глазах горел огонь. Матвей интуитивно закрыл Вику собой. Но Тунец не собирался нападать. Он рухнул на колени, сложил лодочкой на уровне груди руки.

— Я ничего плохого не сделал! — быстро заговорил он. — Поверь мне.

— Ух, ты! — Матвей отошел к стене. — Мне пора книги писать. Лихо закручен сюжет…

— Все, что хочешь, — продолжал бандит, не обратив внимания на реплику Кораблева. — На руках буду носить.

— Может, ради Вики ты и Захара замочишь? — прищурился Матвей.

— Замочу. — Тунец перевел взгляд на него и затряс головой. — У него охраны неофициальной человек семь, но мне они не препятствие. Всех кончу!

— Матвей, что вы такое говорите? — испуганно спросила Вика. — Просто надо сообщить обо всем в ФСБ, и они Захара арестуют!

— В том-то и дело, что арестуют, а суд вынесет приговор — пять лет условно. По моим подсчетам, Захар на десяток расстрельных статей заработал. Даже если случится чудо и его по всем этим эпизодам признают виновным, он все равно останется жить, причем на наши с вами деньги. Ведь на смертную казнь у нас мораторий. Можно сказать, ее вовсе отменили. Зато вот такие вот ублюдки, — он показал взглядом на Тунца, — в отличие от гуманных законотворцев, не церемонятся. Больше скажу, отмена высшей меры наказания развязала руки гадам, которые при ее существовании никогда бы не решились на убийства и изнасилования детей и крупные кражи. В период существования СССР директора ГУМа расстреляли за взятки… А сейчас… — Он с шумом перевел дыхание. — Миллиарды воруют, потом едут в ту же Англию и преспокойно живут. Сбивают на машине в пьяном угаре нескольких человек, получают год условно… Зато уборщицу детского сада сажают на четыре года за повторную кражу пары буханок хлеба и килограмм риса. Да что это за страна такая?

— Я не ублюдок, — поднимаясь с колен, тусклым голосом сказал Тунец. — Хуже…

— У тебя стандартные листы бумаги есть? — спросил Матвей Вику.

— На работе.

— Пусть медсестра принесет, — попросил он.

— Зачем?

— Тунец явку с повинной будет писать. — Кораблев перевел взгляд на бандита.

— Ты уверен? — вспылил Тунец.

— Если я сказал, что напишешь, то напишешь, — заявил Матвей. — Иначе водные процедуры тебе покажутся просто мелочью по сравнению с тем, что я с тобой буду делать в случае отказа.

Вика наконец вышла.

— Хорошо, — неожиданно согласился Тунец. — Только разреши до утра здесь остаться.

— Это еще зачем?

— Как стемнеет, за тачкой приедут, Вику точно кончат, — он вдруг всхлипнул. — Тебе одному не справиться.

— За меня не беспокойся, тем более ты такой арсенал привез, что с полком можно воевать.

— Хорошо, — сказал Тунец. — Только давай в заявлении о явке с повинной я о деньгах ничего писать не буду.

— Это те, что у тебя в багажнике лежали? — догадался Матвей.

Вместо ответа Тунец кивнул.

— Ты хочешь их спрятать на безбедную старость? — попытался угадать Кораблев.

— Нет. — Он грустно улыбнулся. — Оставлю их Вике. Пусть на себя тратит.

— А выйдешь, на что будешь жить? — удивился Матвей.

— Есть еще резерв, — уклончиво ответил Тунец.

— Явка с повинной, активное сотрудничество со следствием и рассмотрение дела в особом порядке дают тебе шанс выйти на свободу еще относительно молодым, — задумчиво заговорил Матвей. — Будешь вести себя хорошо, и вовсе выйдешь по УДО.

Отчего-то Матвею стало жалко этого парня. Не просто так в бандиты попадают. В большинстве случаев низкие зарплаты на производстве, безработица, отсутствие образования.

— А ты что, мент? — неожиданно спросил Тунец.

— Почему ты так решил?

— Законы знаешь, — пожал плечами Тунец. — Да и борзый…

— На заочном в юридическом учусь, — зачем-то признался Матвей. — Память у меня хорошая. Кое-какие знания и навыки в другой конторе получил.

— Как ты думаешь, я могу на что-то надеяться? — Тунец взглядом показал на двери, за которыми скрылась Вика.

— Надежда умирает последней, — едва сдерживая смех, ответил Матвей.

Он представить себе не мог, что отмороженный на всю голову бандюга может так измениться за какие-то сутки. Ведь лишь накануне вечером он сидел в машине в ожидании того момента, когда в доме погаснет свет, чтобы убить находившихся там людей, среди которых был и он, Матвей Кораблев.

* * *

Накрапывал дождь со снегом, и Захар приказал Стасу пересесть к нему в машину.

— Вопрос с эвакуатором решили?

— Конечно, — кивнул Стас.

— А с Костылем?

— Возможно, в эти минуты он как раз перешагнул порог чистилища, — грустно пошутил Стас. — Накормили его заряженными мандаринами.

— С Иришкой рассчитался?

— Как только села в машину, сразу вручил конверт, — кивнул Стас.

— Ее сегодня вечером ко мне в загородный дом привезете. — Захар на секунду задумался и поднял мясистый палец вверх. — Чуть не забыл, еще одну пусть прихватит. Там у меня гость будет. Запоминай параметры, возраст не старше двадцати, обязательно брюнетка. Рост средний. И смотри, с фигурой или мордашкой не подкачай.

— Сделаем, — размышляя, кому поручить это дело, кивнул Стас.

— Валяй! — тихо сказал Захар, словно разговор его утомил.

Стас выскользнул из машины и тут же решил, что отправит за женщинами Тунца. Они в это время заберут машину и разберутся с докторшей.

Усевшись за руль, он сразу достал из держателя сотовый телефон. Странно, но Тунец не ответил ни по первому, ни по второму номеру. Время поджимало. Если Иришке можно просто сбросить на мобильник СМС, и она явится куда угодно и в точно указанное время, то брюнетку не старше двадцати еще поискать надо. Плюс дорога. Вечером будут пробки. Но и главное — ледяной дождь. Сейчас и в ночных клубах из-за этого людей меньше, да и шлюхи на панель неохотно выходят. Может, Иришка подружку какую подтянет? — трогая машину с места, размышлял он.

— Куда сейчас? — раздался сзади заспанный голос Монгола.

— Тунец не отвечает, — не отрывая взгляда от дороги, зло бросил Стас.

— Да ты что? — встрепенулся Монгол. — Может, повязали?