САРМАТ. Все романы о легендарном майоре спецназа - Александр Звягинцев

– Зачем?

– Арабы хотят заполучить меня. Пусть получат. Выясню их планы. Действовать буду по обстановке.

– В этом что-то есть, – уронил Крис. – Обдумать бы…

– Я уже обдумал, сэр, – прервал его Сарматов. – Пусть, предположим, завтра утром ваши люди выведут меня из монастыря и препроводят на полицейский катер. Арабы, каждое утро торчащие на горе, увидят это. Если я им действительно нужен, то они постараются отбить меня, но, думаю, не здесь, а где-нибудь в городе. Скорее всего, на полицейском причале или по дороге в тюрьму.

– В логическом мышлении, несмотря на дырявый чердак, парню не откажешь, – удивился Корвилл.

– Надо помочь им отбить меня, – настаивал Сарматов. – А там уж по обстановке…

– Твой план, Джон, – это смертельный трюк, – рассердился Метлоу. – Осира мне сообщил: наконец-то наметилась устойчивая положительная динамика в твоем лечении. Рисковать этим?..

– Из всех дорог я должен выбрать ту, которая не знает страха. Сенсей поймет меня…

– Но поймет ли меня мой шеф! – кинул Метлоу многозначительный взгляд на Криса.

– Моей санкции на операцию не требуется, – пожал тот плечами. – Мистер Карпентер не является гражданином Штатов и волен распоряжаться своей жизнью по собственному усмотрению.

– Не являюсь, – подтвердил Сарматов. – Поэтому давайте обсудим детали плана, в который никто, кроме здесь присутствующих, не может быть посвящен.

– Джордж, а может, была не была? – Корвилл вопросительно посмотрел на Метлоу.

– Идиотская ситуация! – проворчал тот. – Авантюра!.. Если что случится с Джоном, до конца дней не прощу себе…

8 декабря 1991 года

Три автомобиля с вооруженными арабами едва просматривались за ветвями широколистных деревьев. С высоты горы раскинувшийся на берегу моря монастырь был как на ладони. По-европейски одетый молодой араб с модной бородкой, увидев сквозь окуляры бинокля лохматые клубы дыма, вырывающиеся из высокой кухонной трубы, попытался втянуть хищными ноздрями запахи монастырской кухни.

– У бритоголовых монахов, видать, сегодня на обед опять какая-то преснятина, – сообщил он доктору Юсуфу.

Юсуф коротко хохотнул:

– Когда я жил в России, подобную преснятину я ел постоянно. Мне даже пришлось однажды есть мороженую свинину, потому что другое мясо там просто трудно было купить. Но о том, что это была свинина, я узнал позже.

– Тьфу! – сплюнул Махмуд. – У русских все не как у людей. Такие просторы – и нет мяса…

– Но у них лучшие ракеты и танки.

– Скоро с Россией будет покончено, брат Юсуф! Славян мы навсегда загоним в их северные леса! Они силою и коварством присвоили наследие Золотой Орды, которое должно было достаться нам. На просторах их Сибири полно нефти, золота, урана. Наше да вернется к нам!

– Да свершится то, что должно свершиться! – хохотнул Юсуф. – Но, брат Махмуд, американцы и европейцы хоть и ненавидят русских, но не будут спокойно взирать на то, как без них делят этот пирог. Ведь то, что там происходит, дело их рук.

Махмуд бросил на него насмешливый взгляд:

– Все не так просто, брат Юсуф… Блудливая старая шлюха Европа и спесивые Штаты после Второй мировой войны погрязли в обжорстве, разврате и потребительстве. Самое время окунуть их в кровавую исламскую купель. Наш выбор – беспощадный мировой террор. Скоро они захлебнутся в крови и содрогнутся от ужаса при виде растерзанных взрывами тел своих детей. Напрасно они будут взывать с трибуны ООН к нашей гуманности и кричать о священном праве человека на жизнь.

– Но у них есть мощные армии, авианосцы и ядерное оружие. Не заблуждаешься ли ты, брат Махмуд, на их счет? – с удивлением посмотрел на него Юсуф.

– Отнюдь!.. Они помешались на демократических ценностях и правах человека. Этим мы и должны воспользоваться. Пока они не объединились и пребывают в эйфории, им вряд ли удастся адекватно противостоять нам, как не удалось это сделать развращенным древним римлянам, которые пали под натиском диких орд гуннов Аттилы.

Признав в двадцатом веке приоритет прав человека над государством, европейцы отреклись от объединяющей их христианской религии и морали, заменив их на грязную мораль торгашей с горы Сион. Своей культуре они предпочли гнусную и растлевающую культуру вывезенных ими из Африки чернокожих рабов-язычников. Более того, по сути они отреклись от всех десяти заповедей, завещанных им их великим пророком Иссой. Их масс-медиа играют нам на руку, ибо с первых дней рождения ребенка они фактически открыто внедряют в его сознание право на содомию, прелюбодеяние, право на убийство и любую ложь ради удовлетворения своих страстей, главные из которых – обладание чужим потом, чужой нефтью и золотым тельцом. Поэтому западная цивилизация вступила в стадию окончательного распада, брат Юсуф. Будущее снова принадлежит Востоку.

– Не все так просто, как ты рассказываешь, брат Махмуд, и до распада Европы еще далеко.

– Нет, этот час уже пробил, брат Юсуф. Наступает час нашей грозной расплаты с Европой и Америкой за ограбление и все унижения мусульманского мира…

– Мусульманский мир – это лоскутное одеяло бедуина, – усмехнулся Юсуф. – Какое дело бредущему по пустыне каравану верблюдов и ослов до звезд, сияющих на ночном небосводе…

– Неважно, что думают бредущие на веревке за погонщиком верблюды и ослы, – засмеялся Махмуд. – Важно, что думает тот, в чьих руках веревка. Только мы, наследники Великого Старца Горы, имеем право вести за собой это мусульманское стадо.

– Сейчас не Средние века, – прервал его Юсуф. – Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов мусульманское общественное мнение и мнение имамов традиционного ислама вроде мерзкого пакистанского муллы Нагматуллы…

– Плевать на осуждение нас профанами! – сверкнул глазами араб. – Да, сейчас не Средние века, славное время кинжалов и ядов в прошлом. Теперь нам нужны федави-самопожертвователи, владеющие секретами современных вооружений и способные, не задумываясь о последствиях, приводить их в действие. Ты врач, владеющий тайнами глубин человеческого мозга, и должен поставлять их нам, брат Юсуф.

– Но мне нужен добротный человеческий материал, вроде этого русского майора.

– Свершившийся распад империи русских даст его тебе в неограниченном количестве.

Юсуф поднял на собеседника заблестевшие глаза:

– Не поверишь, брат Махмуд, я начал бредить этим, еще будучи студентом в ненавистной моему сердцу Москве! Для меня честь – поставлять нашему делу биороботов-самопожертвователей. В Пешаваре мы с доктором Аюб-ханом основательно отработали методику их получения.

Взгляд аспидных глаз Махмуда уперся в лицо Юсуфа.

– Аюб-хан выболтал в научных журналах результаты ваших исследований. Ему был вынесен нами приговор, и неделю назад он был казнен нашими братьями, – бесстрастно сообщил он.