Ангелы сирийского неба - Александр Тамоников

– Так пристрели его. Зачем он нам?

– Не все так просто, Хасан. Этот турок знает много интересного. Его сведения пригодились бы русским.

– Вот как? Турок решил переметнуться к нам, чтобы сдать интересные данные русским? А тебе не кажется, Миро, что все это попахивает провокацией? Турок может дезинформировать русских. Слишком уж много беспокойства их летчики доставляют всякому отродью, заполонившему эту страну.

– Его данные легко можно проверить. Считаю, следует передать турка разведке армии, а та уж пусть решает, что с ним делать.

– Хорошо, согласен. В ноль тридцать подойдет машина с водой и небольшим усилением. На нашем направлении боевики вновь начали проявлять активность, так что подмога тебе не помешает. С этой машиной отправь ко мне турка.

– Понял. Сделаю. Насчет усиления. Нам бы пару пулеметов «ПК», а лучше один «ДШК».

– Я посмотрю, что можно сделать, пришлю оружие, которое прибыло из России.

– Понял, выполняю.

– До связи, Миро!

– До связи, Хасан! – Начальник поста отключил гарнитуру, перевел станцию в обычный режим ожидания.

Чаглар облегченно вздохнул:

– Слава Всевышнему!

– Рано радуешься, турок. Твоя информация будет проверена. Если ты, спасая шкуру, соврал…

– Я сказал правду.

Курд повысил голос:

– А вот перебивать меня, турок, не надо. Это может отразиться на твоем здоровье.

– Извините.

– Привык выслуживать перед хозяином?

– Без этого никак.

– Семья-то большая?

– Жена, двое детей, мать. Брат и сестра живут отдельно.

– А мать с тобой?

– С моей семьей. Я младший, должен жить в доме родителей. Отец умер, жена ухаживает за моей матерью.

– Почему подался в контрабандисты? В Турции достаточно приличной работы.

– У нас в провинции нормальной работы нет. Переехать мы не могли. Так что пришлось мне наниматься к торговцу.

– Я сейчас слезами зальюсь, до того мне тебя жалко. – Начальник поста усмехнулся и вдруг рявкнул: – Руки на стол!

– Что? – не понял Чаглар.

– Руки на стол, тупица! – крикнул курд.

Чаглар протянул руки, и тут же на его запястьях защелкнулись наручники.

– А теперь посмотри вправо.

Там находилась низкая дверь.

– Видишь?

– Дверь.

– Правильно, за ней каморка. Она небольшая, но ты в ней уместишься. Правда, только сидя, но ничего. Для тебя и это роскошь. Там будешь ждать прихода машины.

– Мне бы воды.

– Нет воды. Сами ждем. Но если из арыка, то без проблем.

– Нет, не надо из арыка.

– Тогда в каморку, и чтобы я не слышал даже писка оттуда.

Чаглар с трудом уместился в крохотной комнатушке.

Начальник поста закрыл дверь на засов и посмотрел на часы. До подхода машины оставалось еще полтора часа. Он решил пройти к наблюдателю, проверить несение службы, заодно и смену провести.

Подержанный, еще советский «ЗИЛ-131» прибыл на позиции курдов с опозданием. В пути полетел ремень, пришлось менять. В час двадцать автомобиль остановился в низине за постом охранения.

Миро подошел к машине. Шесть бойцов усиления снимали с кузова бачки с водой.

Старший машины пожал руку начальнику поста:

– Принимай, Миро, людей и воду.

– Очень кстати, Хуран. А как насчет оружия? Хасан обещал подкинуть пулеметы.

– Привезли два «ПК». К каждому две коробки с лентами по сто патронов.

– Нам бы сюда «ДШК».

– Увы, брат, русские прислали в штаб два крупнокалиберных пулемета, но Хасан решил их пока оставить на основном рубеже.

– Может, он и прав.

– Что за турок объявился у тебя? – поинтересовался старший машины.

Начальник поста пожал плечами:

– Кто его знает, Хуран? Он говорит, что работал на торговца нефтью. Собрал колонну наливников у Джарова, а тут русский «Су-24» и положил на стоянку бомбы. Все разнес к чертовой матери одним ударом.

– Да, я слышал об этом. А чего турок собрал все машины в одном месте?

– Колонну хотел выстроить, собирался двигать к границе.

– Хорошо выстроил. – Старший машины ухмыльнулся. – Подставил их под русский самолет.

– Хозяин за это приговорил его к смерти, приказал застрелиться прямо там, у горящих машин, обещал в случае неповиновения вырезать всю семью. Турок, не будь дурак, имитировал самоубийство да в суматохе ушел от Джарова.

– А к нам по ошибке попал? Заблудился?

– Нет, говорит, что специально шел. Сказал, что знает о каком-то тайном нефтепроводе и крупном подземном хранилище у Тайла.

– Врет!

– Кто знает, может, и не врет. Хасан приказал передать его в штаб.

– Ты забирай людей, оружие, воду и давай сюда этого турка. Отвезу к командиру. Он о нем особо говорил. Мне надо доставить его живым и невредимым.

– Да, Хуран. Жди!

Начальник поста увел прибывших бойцов, которые тащили бидоны с водой, пулеметы и коробки с патронами. Он вернулся с турком, руки которого теперь были скованы за спиной. В руке Миро держал моток веревки.

– Вот наш гость, Хуран.

– Таких гостей у ворот стрелять надо. Их нельзя пускать в дом.

– Согласен, но, возможно, он действительно будет нужен русским.

– Если только им. Нам он со своим нефтепроводом и хранилищем ни к чему. – Он подошел к турку: – Кто такой?

– Адом Чаглар.

– А чего кривишься?

– Ноги и руки затекли, спина болит.

– Я его в каморке держал, – пояснил Миро.

– Правильно. А веревки зачем?

– А если с кузова спрыгнет?

– И что? Спрыгнет, получит пулю.

– А если уйдет?

– Куда, Миро? Здесь повсюду наши. Наручников хватит.

– Дело твое.

– Бумагу приема-передачи писать будем?

Курды рассмеялись.

– И печатью заверим, – сказал начальник поста. – Вот только за ней далеко идти. В Эр-Ракку.

– Ладно. – Старший машины взглянул на бывшего помощника Элмаза и приказал: – Быстро в кузов! Сидеть у кабины, чтобы из нее видно было. Попытаешься бежать, я сначала ноги тебе прострелю, потом руки, живот. Когда от боли хрипеть начнешь, пожалею, пущу пулю в твой бестолковый череп. Понял?