Эта война еще не кончилась - Борис Бабкин

«Контрактники», – понял Бабич.

– Спасибо, мужики. Там духи. – Он кивнул на микроавтобусы.

– Хана им! – буркнул один, узкоглазый скуластый парень. – Рановато ты начал, – упав рядом, усмехнулся он. – Мы только блокировать начали. Вообще-то не наше это дело. Передали бы, и артиллеристы накрыли бы или вертушки ударили. Но здесь, оказывается, заложники. – Он мотнул головой в сторону лежащих у люков людей. – Да еще ты войну начал. Вроде по виду дух, а…

– За духа ответишь! – предупредил Бабич.

Контрактник рассмеялся.

– Айда, – махнул рукой второй, худощавый черноволосый парень. – Прикрой, земляк, – сказал он Бабичу.

– Маслят подбрось, – попросил Борис.

Около него упали два подсумка. Вставив рожок, он начал стрелять в сторону микроавтобусов, к которым короткими перебежками, поочередно прикрывая друг друга огнем, приближались трое десантников. Уловив момент, когда Борис длинными очередями не давал духам высунуться, все трое бросили «лимонки» и вжались в землю. Едва перестали стучать осколки и комья земли, они вскочили и бросились вперед. Бабич увидел, как они короткими очередями расстреляли оставшихся двоих, а третьего, бросившегося на них с саперной лопаткой, ударами автоматов свалили на землю и связали ему руки. Стрельба прекратилась. Борис, вскочив, рванулся к ямам.

– Маша! – заорал он. – Ты где?! Маша!

– Дядя Боря! – услышал он. – Мы здесь!

Подбежав к приоткрытому люку, увидел стоявшую на деревянной лестнице девочку. Ее придерживала женщина в спортивном костюме, вернее, в том, что от него осталось. Он вытащил девочку и помог женщине. Маша прильнула к ней:

– Это моя мама!

Женщина, крепко прижав ее к себе, плакала.

– Эй! – услышал Бабич требовательный окрик. – Ко мне!

Повернувшись, увидел стоявшего у выхода из дома средних лет мужчину в камуфляже с автоматом. На голове у него, как и у остальных, была повязана косынка цвета хаки.

– Похоже, неприятности только начались, – шлепнул себя по кончику носа Бабич и неторопливо направился к дому.

– Кто такой? – строго спросил худощавый, загорелый десантник.

– А вы? – нагло спросил Бабич.

– Прапорщик ВДВ Лосев.

Бабич не знал, что сказать. Оттягивая время, достал сигаретку.

– Лихо он их держал! – раздался голос. Покосившись, Борис увидел узкоглазого контрактника.

– Кто такой? – повторил вопрос прапорщик.

– Он за нами пришел, – неожиданно раздалось за спиной Бориса.

Женщина, держа за ручку Машу, медленно подходила к ним.

– Папа! – освободившись, Маша подскочила к растерявшемуся Бабичу, схватила его за руку и прижалась к ней щекой. – Мы маму спасали. Папа далеко был. А нас бородачи схватили, бабушку убили. Папа им задал!

Прапорщик растерянно посмотрел на девочку.

– Командир! – раздалось от дома. – Смотри!

Лосев обернулся. Из дома со связанными руками вылетел славянской внешности мужчина в американском камуфляже. Рядом с ним упала темноволосая женщина. Лица обоих были в крови.

– Паскуда! – зло бросил прапорщик и резко махнул рукой. В спины наемников впились пули.

Повернувшись, Лосев всмотрелся в лицо Бабича:

– Откуда?

– Я думал, ты спросишь зачем, – усмехнулся Борис.

– Что с тобой делать? – вздохнул Лосев. – С собой брать – затаскают. В фильтрлагерь отправят, а там очень несладко.

– Так это про него духи спрашивали, – подошел небритый военный с ручником. – «Альпинист» засек переговоры. Нас поэтому сюда и бросили. Потом от Грозного передали, что, судя по всему, кто-то просто прорывается к армии. Басаев там по мобильному громы и молнии метал. Взять, говорит, и чуть ли не к нему в Грозный доставить. Намутил ты водички! – Он рассмеялся.

– Что делать будем? – Прапорщик поморщился.

– Вызывай вертушку и отправим заложников, – спокойно отозвался небритый. – Он тоже как заложник.

– Не пойдет, – возразил Лосев, – ФСБ враз отметет. Не похож он на заложника. Лады! Мужик нас все-таки огнем поддержал, на боевика не похож. Хотя внешне – вылитый наемник. – Он рассмеялся. – Мы тебя перед Хасавюртом ссадим. Вертолетчикам скажем, мужики свои, поймут. А твоих, – он кивнул на женщину и Машу, – дальше отправят. Бабе твоей в госпиталь надо.

– Дядя Боря, – уцепилась за его руку Маша, – я без тебя не поеду.

Разведчики удивленно переглянулись.

– Не жена она мне, – глухо признался Борис. – Я здесь с приятелями за сыном одного мужика, нового русского, охотился. Может, слышали – Иров? Его где-то в Дагестане взяли.

– Вот это хрен! – удивился прапорщик. – Придется тебе, земляк, с нами…

– Прекрати! – недовольно бросил небритый. – У меня на наймитов нюх. Свой мужик. Я же говорю, по «Альпинисту» переговоры слышали. Точно про него говорили. Там жук какой-то еще про рынок чесал. Не тронь мужика. Свой он, точно.

– Тогда ему и бояться нечего, – пожал плечами прапорщик.

– Как будто ты не в курсе, как проверять будут, – усмехнулся узкоглазый разведчик. – Затаскают на хрен! Да еще отшибут чего-нибудь. И с духами в одной камере сидеть будет.

– Вы уж лучше меня сами кончите, – сказал Бабич.

– Ладно, – кивнул прапорщик, – высадим тебя в Дагестане. А там уж сам думай.

– Кто вы, мужики? – облегченно вздохнув, спросил Бабич.

– Двести тридцать седьмой полк ВДВ. Группа полковой разведки.

– Контрактники?

– Так мы вроде к войне привыкшие. К тому же у нас счет за ту войну. Может, хоть в этот раз позволят их доделать.

К концу декабря восемьдесят процентов территории Чечни находилось под контролем федеральных войск. Война перемещалась в предгорные районы республики. Высадившийся в горах десант закрыл связывающую Чечню с Грузией дорогу, по которой поступали наемники, боеприпасы и оружие. В освобожденных районах жители ведут себя по-разному. Одни приветствуют армию и боятся, что она уйдет. Другие смотрят на военнослужащих как на оккупантов. К стоявшему на посту солдату подошел мальчик-чеченец лет двенадцати и попросил дать ему сигнальную ракету. Солдат, естественно, отказал. Что-то угрожающе проговорив, мальчик убежал. Через некоторое время вернулся и с криком «Аллах акбар!» бросил «лимонку». Солдата спасло то, что чека не была выдернута. Мальчик знал, что этим можно убить, но про чеку не знал. Масхадов покинул Грозный в конце ноября и находится в районе Чири-Юрт с большой охраной. Жена Масхадова, по словам Путина, находится на территории России под охраной ФСБ. В горной местности действиями бандформирований руководит Хаттаб…

– С месячишко придется полежать, молодой человек, – сказал врач.