Штрафной удар - Фридрих Незнанский

Из Толстопальцева в город Денис вернулся вечером. Он хотел еще поговорить с Овсянниковым, но футболистов на базе уже не было. Денис позвонил ему на городской телефон и застал дома. Овсянников сказал, что, к сожалению, его настигли в дверях, он не может сейчас разговаривать, и попросил перезвонить через полчаса.

Денис так и сделал, позвонил из машины, по дороге в Москву. Но снова неудачно, ему сообщили, что Овсянников уже вернулся и снова успел уехать, потому что у него образовались срочные дела. Овсянников жил с родителями, и Денис разговаривал с его матерью, судя по голосу, вполне интеллигентной дамой. Денис назвал себя, оставил свои телефоны и попросил передать Овсянникову, чтобы тот перезвонил в любое удобное для него время…

Итак, гибель тренера «Буревестника» не отменила первоначальной задачи — поисков Антона Комарова. Теперь у Дениса были неограниченные полномочия, разумеется, в рамках законов, регулирующих его деятельность как частного детектива. Финансовую и прочую посильную помощь Рыбак гарантировал, это было уже кое-что.

Возможно, смерть Рябова не имела к делу об исчезновении футболиста отношения, возможно, имела, но Дениса в первую очередь должен был волновать Комаров. До матча Лиги чемпионов оставалось всего семь дней, и за это время Комарова необходимо было найти во что бы то ни стало: с ним и без него «Буревестник» — это две разные команды. Без восемнадцатилетнего форварда у «Буревестника» шансов выступить в евротурнире успешно практически не было.

Но с другой, теоретической стороны, куда делся водитель Рябова — это тоже был вопрос вопросов. Водитель был тезкой покойного тренера — Виктор Деревянко. Удивительно, но откуда он вообще взялся, никто понятия не имел. Рябов ездил на служебной машине, джип «мицубиси» ему выделил клуб, но водителя он себе нашел сам. В «Буревестнике» никто не знал, не только куда исчез этот Деревянко, но и откуда он появился.

Денис решил, что неплохо бы снова навестить Веронику Рябову, тем более пока этого не сделал следователь Нефедов, а он не сделал — Денис это знал точно, потому что Нефедова, вместе с районным прокурором, вызвал к себе зам генерального прокурора по следствию Константин Дмитриевич Меркулов, между прочим, как раз по поводу убийства тренера «Буревестника» Рябова В. А. Но тут самого Константина Дмитриевича вызвал к себе генеральный прокурор и продержал несколько часов. Соответственно эти несколько часов районный прокурор и следователь Нефедов провели в ожидании Меркулова. Это знал Турецкий, это знал начальник МУРа Грязнов-старший, заглянувший по какому-то делу к приятелю на Большую Дмитровку, и об этом довольно оперативно узнал Денис Грязнов. Дело об убийстве Рябова осталось в ведении районной прокуратуры, но старшему следователю Турецкому было поручено курировать ход следствия.

Так что частный сыщик Денис Грязнов провел остаток этого дня максимально плодотворно: съездил еще раз на Кутузовский проспект — к госпоже Рябовой, принес свои соболезнования и провел маленькую дружескую беседу. В ходе которой выяснились некоторые подробности.

Вероника Рябова приняла Дениса радушно. Она сообщила ему, что точно помнит день, когда у покойного супруга появился новый водитель, — 1 декабря. Она запомнила, что в первый день зимы утром за Виктором Афанасьевичем приехал водитель, которого она прежде не видела, — худощавый молодой мужчина среднего роста и ничем не примечательной наружности. Еще в Толстопальцеве Денис столкнулся с тем, что никто не мог вспомнить даже цвет глаз Деревянко. Описания его внешности были весьма расплывчаты. И фамилия-то его выяснилась лишь потому, что однажды он просил администратора клуба Евсеева на предстоящие матчи несколько контрамарок для своих друзей, и дотошный администратор попросил какой-нибудь документ — для отчетности. Деревянко дал права. И это все! Не известен был ни его адрес, ни место предыдущей работы, ни паспортные данные. Одно из двух: либо это была безалаберность работников клуба, либо господин Деревянко намеренно обеспечил свое инкогнито. Либо, третье, что уж совсем странно, это сделал Рябов. Но с другой стороны, рассуждал Денис, человека с улицы он ведь не взял бы. Значит, либо Деревянко был личным знакомым Рябова, либо получил место по чьей-то рекомендации.

Вероника угостила Дениса прекрасным кофе, а еще предлагала не менее замечательный коньяк, от которого он благоразумно отказался — хватит уж на сегодня. Вероника Рябова вполне владела собой, и вообще, каких-то следов бурных переживаний по поводу случившегося Денис не наблюдал. Скажем, утром этого же дня он видел ее гораздо более взволнованной. Впрочем, Денис никого не собирался судить: кто знает, все проявляют свои чувства по-разному.

Итак, что же было известно? Предыдущий водитель Рябова Виталий Сергеевич Куценко вынужден был попрощаться с работой после третьего инфаркта, и произошло это в середине ноября. Еще в Толстопальцеве глава службы безопасности в присутствии Дениса позвонил Куценко, справился о здоровье и поинтересовался личностью Деревянко. Нет, Куценко ничего о новом водителе Рябова не знал и, естественно, его своему бывшему шефу не рекомендовал.

За два с половиной месяца работы Деревянко никогда не поднимался в квартиру Рябовых, всегда оставался в машине. Рябов никогда ничего не говорил о нем, по крайней мере, припомнить подобного Вероника не могла. Вероника знала его имя, потому что, бывало, он звонил Виктору Афанасьевичу, когда приезжал за ним утром. Причем всегда только на мобильный телефон.

— А знакомы ли вы, Вероника, с Антоном Комаровым? — спросил Денис, отказываясь от третьей чашки кофе.

— Да.

— Насколько хорошо?

— Да так, не особенно, болтали пару раз.

— Постарайтесь припомнить точно, сколько раз вы с ним общались?

— Дважды, я же говорю.

— При каких обстоятельствах? Расскажите подробнее, пожалуйста.

— Нечего особенно тут рассказывать. Я была на банкете по поводу окончания чемпионата России, — сообщила Вероника, затягиваясь тоненькой сигаретой «Вог». — Вы же знаете, «Буревестник» второе место занял, радости было полные штаны. Ну и устроили банкет сразу, для команды, внутренний такой, неофициальный.

— Междусобойчик, — подсказал Денис.

— Ну да. Попили шампанского и разошлись. Вот там-то мне Антона и представили. Он же тогда чуть не героем был, но всеобщим любимцем — это точно.

Антона, отметил про себя Денис, не Комарова, а — Антона.

— Вероника, а вы вообще-то любите футбол? — полюбопытствовал Денис.

— Да как вам сказать, — скривилась Рябова. — С футболистами вообще-то скучновато…

Слава богу, подумал Денис, хоть один нормальный человек.

— Вы занимаетесь чем-нибудь?

— Я музыкант по образованию, на виолончели играю.

— Ого!

— Да, представьте. Только на самом деле, конечно, не играю уже давно, — грустно сказала Вероника.

— Простите, — перебил Денис, — вот вы сказали, что с Комаровым общались дважды. А второй раз?