Мы родились в тельняшках - Сергей Зверев

– Ну как? – Бертолет интересовался так, будто действительно прошла первая брачная ночь, разглядывая вошедших в кают-компанию Голицына и Диденко.

– Кто невеста? – присоединился Малыш.

– Га-га-га, – буркнул Дед и поднял крышку фарфоровой плошки, на дне которой оставалась еще небольшая горка макарон.

Услышав голоса и «бздреньк» посуды, из камбуза показалась Грета с горячим омлетом и нарезанным сыром.

То, что они стоят, Денис понял проснувшись, но вот где? Как оказалось, причалили во Влера. Налив себе кофе, Денис вышел на открытый воздух.

Новая точка на карте для паломничества любителей купаться и загорать прибавляла в сервисе и комфорте год от года. Туристы с легкостью спускали в городе и окрестностях тысячи евро, наполняя местную экономику свежей «кровью». Разрастались отели, из-за метра земли на первой линии убивались люди, торговое место на базаре стоило столько же, сколько и новый «мерин». Жизнь била ключом, жирела и матерела.

В глаза бросились сотни яхт, стоящих по соседству с их красоткой «Машкой». Соседи, родня их вышколенной девочки, спят в бухте, прикорнув к пирсу. Солидные, блестящие, под флагами неизвестных государств; поди за несколько миллионов евро, честно заработанных у станка на заводе, куплены. Капитализм… Дальше, с мачтами, тоже большие, потом средние разных типов вперемешку, а между ними втиснулись и маленькие недоразумения. Порядок, как и в жизни, только у «слонов» в высшей лиге, а дальше хаос.

Народу на судах не видать. Провернувшись вокруг своей оси, «отдыхающий» с удовольствием обнаружил двух девок, загорающих топлес, и бородатого морского волка с биноклем, рассматривающего «спелые фрукты» с почтительного расстояния.

И это тоже порт!

Чтобы добраться до города, видневшегося вдалеке справа, нужно было пройти по пирсу метров двести, потом еще пешком или на машине с километр. Но и отсюда видать пальмы на набережной, зонтики кафе, киоски, работающий фонтан, людей – беззаботных тюленей, еле перемещающихся по жаре. Мальчишку какого-то на роликах.

«Эх! Может, еще прогуляемся».

Наконец захотелось жрать. Бегом! Бросив взгляд на дорожку пирса, по которой улиткой ползла малолитражка, Денис вошел обратно в обслуживаемое кондиционером чрево яхты, намереваясь позавтракать.

«Надо вставать раньше. Поди, сожрали без нас с Дедом что-нибудь такое эдакое, и помалкивают».

Работал телевизор. Поймали какой-то местный канал и смотрели на незнакомые виды. Стукнул полдень. Малыш взял бинокль и отправился на разведку следом за Поручиком.

– Зюйд-зюйд-вест. Четыре сиськи, – подсказал старлей.

– Ок, – поблагодарил длинный, но выйти на палубу не успел.

В кают-компании материализовались злой Кэп, встревоженный Марконя и заспанный «капитан Сергей».

– Голицын, поймайте CNN, – командир схватил пульт со стойки бара и бросил его подчиненному, – «новостя» поглядим.

Одежда на Татаринове сильно отличалась от шортиков и маечек. Черные вельветовые запачканные штаны, светло-зеленая рубашка с длинным рукавом навыпуск; едва ли не тряпичная сумочка с документами и сотовым телефоном, на ногах сандалии на грязную босую ногу. Вытащив из холодильника банку «колы», вновь прибывшая власть залпом осушила ее.

Телевизор, повинуясь ИК-лучам, начал транслировать CNN.

– Шкипер, переведи. – Командир резко сел на диван, не отрывая взгляда от ярко раскрашенной теледивы. То, что нервы у него подсели за последние сутки, было видно.

– Ничего такого. Министр финансов Евросоюза выступил с заявлением, бла-бла-бла, бла-бла-бла, положение с финансовыми показателями Исландии усугубляется…

– Ясно, – выдохнул Кэп. – Хорошо устроились, – он оглядел собравшийся отряд. – Планы изменились. Следователя, с которым я шел сюда, больше нет. Что означает: квалифицированной помощи не будет, переводчика с албанского не будет, во всяком случае, пока. Днем… Поручик, с кем пойдешь?

– С Дедом.

– С Гретой или Гердой?

– С Гердой.

– Значит, Дед с Гретой. Летите влюбленными голубками в ту часть порта, где стоят на разгрузке контейнеровозы. Не отсвечиваем, ведем наблюдение. Дед, бери ключи от синего «Рено». Пригнал вам на всякий случай. Будет необходимость следить – пользуйтесь машиной. Она официально взята в прокате. Связь через сотовый. Остальным: у нас четыре рентгеновских сканера. Днем отдыхать, ночью погружение и зачищаем для начала весь пирс, просвечиваем все суда, находящиеся на стоянке. Искать, ребята, искать. Не дай бог третья мировая…

Тишина.

– Шучу. Пока шучу. Немки окажут содействие. По-русски они почти никак, по-албански с трудом. Вы, – он посмотрел на Деда и Голицына, – гордо несите над головой знамя свободного международного секса так, чтобы все окружающие верили, что да, вы с ними, но сами – ни-ни. Хоть одна жалоба, хоть один намек на жалобу… – накачивал командир. – Нам скандал не нужен. По поводу яхты шкипер, надеюсь, все объяснил, а я дополню: заказчик думает, что она проходит ходовые испытания. Посудину, – он провел по упругой коже дивана, – через месяц надо отдать. Надеюсь, управимся, а не то переселимся в корыто похуже. И не будет вам ни Герды, ни Греты. Сергей, раздай реквизит.

Шкипер извлек из лакированного молочного комода небольшой «дипломат», положил его на журнальный столик и щелкнул замками.

– Золото? – не веря глазам, недоверчиво брякнул Малыш, невольно протягивая руку к цепочкам и кольцам. – Эх, не мое, не мое…

– Надевать только на выход, при возвращении сдавать, – комментировал волосатый капитан, насыпая в крепкие ладони отполированные поблескивающие цацки.

– Не подделка? – Денис подкинул на руке пару колец и две толстенные цепи, пытаясь через вопрос осознать ценность подношения.

– Вы на берег не из шлюпки выберетесь. Пусть вид вам придают соответствующий. Рэкетиры вы, буржуины, – после чего Кэп довольно крякнул, оглядывая разведку. – Все, разбирайте девчонок, они уже на суше, ждут вас.

Немки дисциплинированно стояли у небольшого трапа, соединяющего яхту и пирс. Легкие тонкие блузки и шорты оставляли мало пространства воображению. Спортивные тела были выставлены напоказ. Ну и правильно, чего стесняться.

Денис уставился на Герду, пытаясь установить глазами контакт. Как-никак, им придется работать если не в паре, то парой.

«Интересно, они сами-то понимают, что к чему? Надо бы расспросить, а нельзя».

Пока Денис собирался с духом, чтобы сделать хотя бы жест в сторону берега, тем самым задавая направление для прогулки, Дед взял свою пассию за руку и плавно повел по пирсу, взбивая языком коктейль из «гуд», «о’кей», «я-я» и «натюрлих». Куда же без «натюрлих» в албанском порту…

Красноголовая Герда дотронулась до толстой цепи на шее Дениса и улыбнулась:

– Теуер.

– Да, дорого. Пошли, вон Дед наш какой прыткий.