Зачистка под ноль - Сергей Зверев

Первым звоночком прозвучал террористический акт в Тунчжае. Потом как-то синхронно активизировались боевые формирования «Союза Тшаны» и «Справедливого пути». А затем стала поднимать голову разношерстная политическая, экстремистская и уголовная шушера. И относительно стабильная в последние годы ситуация начала расшатываться. Не было дня, чтобы не приходили сообщения о вылазках сепаратистов. Хотя большой крови не лилось, но все это сильно нервировало население и усиливало ощущение нестабильности.

События в Тунчжае наглядно продемонстрировали неспособность сил антитеррора противостоять сколь-нибудь серьезной террористической атаке. Неразбериха, отсутствие ясных и четких правил, дрянное оснащение – все это привело к большим жертвам среди мирного населения. Почти трое суток террористы показательно куражились над Суньямой и всем миром. Стало понятно – страна нуждается в подготовленных силах спецопераций.

После кризиса в Тунчжае воз сдвинулся со своего места. Кто-то из больших шишек, принимавших участие в деятельности антитеррористического штаба, высоко оценил компетенцию русского специалиста. И его определили советником к помощнику министра обороны адмиралу У Хтай Аунгу.

Должность адмирала – помощник по чрезвычайным вопросам – звучала неопределенно, не был понятен конкретный круг его обязанностей. На деле оказалось, что он служит эдакой «скорой помощью». Он там, где необходима была интенсивная терапия – принятие срочных непопулярных решений по самым острым проблемам, возникающим перед Вооруженными силами, а часто и перед государством в целом. В силу ряда обстоятельств в некоторых ситуациях он обладал полномочиями даже выше, чем у министра обороны. В Вооруженных силах, зная его жесткий и крутой нрав, к нему относились с опаской и вместе с тем с неизменным уважением.

Первая встреча помощника министра и зарубежного советника произошла на аэродроме, где бойцы парашютного полка демонстрировали навыки десантирования с небольшого, похожего на глазастую стрекозу вертолета индийского производства «Читак».

Великанов внимательно наблюдал за происходящим действом, и тут к нему подошел азиат средних лет – невысокий, худощавый, с залысинами, отвоевавшими почти всю голову. На нем был комбинезон защитного цвета без знаков различия. На лице застыла доброжелательная и какая-то потусторонняя улыбка.

– Здравствуйте, господин советник. Ну как, впечатляют успехи наших десантников?

– Добрый день. Не особенно, – произнес Великанов, пытаясь оценить, кто перед ним.

– Адмирал У Хтай Аунг к вашим услугам. Нам предстоит работать вместе, – потусторонняя улыбка стала еще шире.

– Я буду рад сотрудничеству, – дипломатично произнес Игорь. – Надеюсь, оно будет плодотворным.

– Ну, это зависит больше от вас.

– Постараюсь оправдать доверие.

– И вы сделаете меня счастливым человеком. События в Тунчжае показали, что у нас нет нормальных сил специальных операций и практики их применения. Наша задача – создать их.

Великанов согласно кивнул – тут не поспоришь.

– Я со своей стороны сделаю все. У меня есть некоторое влияние, и я стараюсь употреблять его на пользу моего народа.

Адмирал сложил перед собой ладони и поклонился. Русский специалист поклонился в ответ. Похоже, оба остались довольны первой встречей.

Чуть позже Великанов узнал, что именно составляло основу этого влияния – адмирал принадлежал к королевской фамилии, являлся близким родственником короля и пользовался его безоговорочным доверием.

Вторая встреча состоялась через несколько дней, когда адмирал ознакомился с отчетом русского специалиста о состоянии специальных подразделений Суньямы – диверсионной роты, роты военно-морского спецназа, парашютного полка и антитеррористического полицейского подразделения. Им предстояло стать основой будущих сил специальных операций.

– Я ждал более разгромных оценок, – сказал адмирал, на этот раз принимавший гостя на построенной в колониальном стиле вилле, служившей его штаб-квартирой.

– А я ожидал худшего, но надеялся на лучшее. Техника и вооружение хоть устаревшие, но есть. Индивидуальная подготовка личного состава средняя. Дисциплина удовлетворительная. К решению специальных задач, возлагающихся на подразделения сил специального назначения, практически не готовы. Можно использовать как пехоту и полицейские силы, но не более того.

– В чем-то разделяю ваше мнение, – кивнул адмирал не особо радостно. – Я исследовал этот вопрос полгода назад и понял, что без постороннего свежего европейского взгляда нам не обойтись. Я настаивал на приглашении зарубежного специалиста. До этого у нас гостили израильские консультанты, но у меня сложилось впечатление, что они больше утаивают, чем говорят. Русские обладают бесценным опытом проведения спецопераций. В отличие от американцев, опирающихся больше на технику, связь и подробнейшие инструкции на любой случай жизни – как дышать, как свистеть, – русские больше рассчитывают на себя, свою выучку. Такой подход ближе к нашим реалиям и возможностям.

– В самую точку, – согласился Великанов.

– К сожалению, в последнее время я несколько упустил этот вопрос из виду, и первые недели вам не давали проявить себя. Сейчас все изменится. Я сильно рассчитываю на вас.

– Только есть ряд моментов, – сказал Великанов. – Приведение в соответствие с нормами боевых уставов и правил проведения спецопераций – за мной. То же касается организации штабной работы, взаимодействия, разведки. Мне тут не нужны пустые научные дискуссии и вездесущая бюрократия, способная утопить в бумагах любые светлые надежды. Кроме того, необходимо мое личное участие в отборе и подготовке командного состава. Определение плана обучения – тоже за мной. Одно подразделение из бойцов, которых я сам подберу, буду готовить лично… И еще – я должен участвовать в проведении спецопераций.

– Имеются причины так рисковать собой, уважаемый гость? – широко улыбнулся адмирал.

– Я должен лично видеть, как подразделения покажут себя в бою.

Адмирал задумался. Русский требовал немало. Но, насколько У Хтай Аунг был наслышан о подвигах этого человека, и способен тот был на многое.

– И еще: судя по всему, силы спецопераций будут востребованы в самом скором времени. Мы в цейтноте. Поэтому щадить не буду ни себя, ни ваших людей.

Следующие месяцы стали нелегким испытанием для железного Великанова. Что уж говорить о его подопечных – они просто попали в чистилище.

Адмирал У Хтай Аунг пока держал данное слово и оказывал всяческое содействие. Хотя это было нелегко. Когда дело касалось каких-то организационных моментов и текущих бумаг – решалось все более-менее просто. Но проработка вопросов взаимодействия между родами войск и различными силовыми ведомствами вызвала целую бурю. Идея подчинения всех сил и средств единому руководству в лице представителя Министерства обороны была встречена представителями других силовых структур в штыки.

На межведомственных совещаниях по вопросам антитеррора Великанов горячо и, как ему казалось, вполне убедительно, наглядно, на пальцах, чтобы всем туго думающим и плохо слышащим было понятно, объяснял, что без должного управления, взаимодействия и обмена информацией спецоперации будут хаотичными и бестолковыми. Представители же всех силовых ведомств пытались перетянуть одеяло на себя, и их корчило от мысли о подчинении кому бы то ни было. Ситуация была болезненно знакома по Чечне, где отсутствие единой руководящей руки всегда приводило к потерям и провалам.