Властелин Африканского Рога - Михаил Серегин

Чтобы не привлекать к себе внимания, Шариф обменял часть долларов на местные рупии. Теперь они ходили и разглядывали корабли. Пока ничего подходящего не попадалось, а те небольшие суда, которые находились в порту, были местными, не приспособленными к океанскому плаванию. Шариф со своим напарником несколько раз заходили в кафе, слушали разноязычный говор, в котором часто звучал и английский.

Прошло несколько дней в бесплодных поисках. Первым не выдержал Фарах, предложив сменить порт. Шариф отказался. Смена порта ничего, по его мнению, не даст. Нужный корабль мог появиться и завтра, и послезавтра. А в другом порту будет то же самое. Только придется отрываться от своей команды либо перевозить ее на многие сотни километров и искать новую стоянку.

Иногда Шариф брал с собой Магибу. Его ум и острый глаз могли сослужить хорошую службу, что подтверждалось уже не раз. В этот день молодой эфиоп опять помог Шарифу, но совершенно с неожиданной стороны.

– Шариф, не хочу тебя огорчать, – тихим голосом проговорил Магиба, когда они втроем сидели в портовом кафе, – но за нами следят какие-то люди.

– Ты уверен?

– Теперь уверен. Посмотри в дальний угол. Видишь, там сидит европеец с короткими волосами, а рядом с ним араб.

– Очень неприятные лица, – подтвердил Шариф, незаметно глянув на указанных людей.

– Я думаю, что это не полиция.

– Почему?

– У полицейских, даже если они кого-то пасут, совершенно другие лица, выражение другое, уж поверь мне. Те стараются не выделяться, а эти ведут себя очень самоуверенно, как хозяева.

– А почему ты решил, что они за нами следят?

– Потому что я их вижу уже третий раз. Два дня подряд, и вчера и сегодня. И не только в этом кафе, но и в других, и в порту тоже. Я думаю, это люди нашего ремесла или схожего. А еще скажу, что теперь они поняли, что мы заметили их слежку.

Шариф повернул голову в сторону двух незнакомцев. Те поднялись из-за своего столика и двинулись в сторону сомалийцев. Шариф встретился с ними взглядом и понял, что те идут к нему. Араб прошел мимо, не останавливаясь, а европеец остановился у столика сомалийцев и бесцеремонно уселся на свободный стул. Шариф оглянулся. Араб устроился около входной двери кафе и, скрестив руки на груди, смотрел на него.

– Как вам нравится здешняя природа? – осведомился европеец по-английски со странной усмешкой. – Или вам больше нравится любоваться на корабли?

– Что вам нужно? – неприветливо спросил Шариф, начиная жалеть, что не захватил с собой оружия.

– Только пообщаться! – ответил европеец, примирительно подняв руки. – Я иностранец, вы иностранцы, почему бы нам на досуге не обменяться мнениями?

– С чего вы взяли, что мы иностранцы? – тем же неприветливым тоном спросил Шариф.

– Господи, да я столько помотался по свету, что могу отличить африканцев от азиатов. К тому же у вас на лицах написано, что вы просто мечтаете вернуться домой. Еще бы, такое дельце провернули! Или все прошло неудачно, у итальянца не оказалось при себе денег?

– Не пойму, о чем вы говорите, мистер, – пробормотал Шариф, весь поджавшись.

Но от его собеседника не укрылась реакция молодого человека. Европеец ухмыльнулся, поняв, что не ошибся. В его планы не входило раздражать этих ребят, а тем более пугать.

– Не важно, – отмахнулся европеец, – просто тут информация прошла по телевидению и в газетах, что у Африканского Рога на яхту итальянского миллионера напали сомалийские пираты. Потом они оставили своих заложников, судно и скрылись у берегов Индонезии в районе северо-западного побережья Суматры.

– Нам нет до этого никакого дела, мистер, – снова сказал Шариф, прикидывая, чем может грозить эта непонятная встреча.

– Не важно. Я просто подумал, что такие лихие ребята и опытные мореходы могли бы не спешить возвращаться домой. Климат у нас не такой засушливый, как в Сомали, люди приятные. Могли бы и погостить еще. А между делом и подработать немного. Ей-богу, дело стоящее. Глядишь, помогли бы потом этим ребятам вернуться домой без лишних хлопот.

Сомалийцы переглянулись, но никто не проронил ни слова. Шариф подозрительно рассматривал своего собеседника, который продолжал ухмыляться.

– Ты подумай, Шариф, – сказал европеец, поднимаясь из-за стола. – Если что, то ты можешь всегда меня здесь найти. Меня зовут Элиот.

С этими словами Эмерсон – а это был именно он – вышел из-за стола и направился к выходу. Шариф проводил его взглядом, убедился, что араб вышел вместе с ним. Повернувшись к своим товарищам, молодой вожак спросил:

– И как вам это все нравится?

– Никак, – ответил Фарах, – слишком открыто и подозрительно.

– Полиция не стала бы так действовать, – возразил Магиба. – Она во всех странах действует одинаково. Достаточно задержать нас, убедиться, что документов нет, потом предъявить для опознания итальянцам. Вот и все процедура.

– Пожалуй, Магиба прав, – согласился Шариф.

– Давайте не будем спешить, – посоветовал Фарах. – Я надеюсь, что на побережье найдутся люди, которые меня еще помнят. Если вы посидите в лагере и не будете высовывать носа, то я попробую кое-кого разыскать и навести справки об этом Элиоте. А сейчас нам лучше убраться отсюда.

– И со всеми предосторожностями, – добавил Магиба. – Они могут проследить, куда мы пойдем. Можем нечаянно навести их на наш лагерь.

Сомалийцы поднялись из-за стола и, расплатившись, вышли на улицу. В лагерь они добрались по одному и только под вечер. Утром Фарах отправился на поиски людей, которые могли помнить его по прошлым делам и которые могли бы что-то рассказать об этом загадочном европейце Элиоте.

С Эмерсоном Сиад встретился на ежегодной международной строительной выставке в Медане. Экспоцентр гудел от сотен голосов и пестрел рекламными щитами. Собеседники брели между рядами со столиками представителей фирм, не беспокоясь, что их кто-то услышит.

– Не слишком ли вы все упрощаете, Элиот? – спросил Сиад с сомнением. – А может, Интерпол подставил вам этих псевдосомалийцев?

– Были такие сомнения, дорогой Сиад, честно сознаюсь. Вот если бы они на следующий день ко мне прибежали и согласились, то я бы и не сомневался.

– Они могли прибежать не с согласием, а с наручниками, – недовольно возразил Сиад.

– Не могли. Я здесь легально. Предъявить мне абсолютно нечего.

– Так уж и нечего?

– По большому счету, конечно, можно прижать меня к стене и годами доказывать мою причастность. Но Интерполу нужно не это, а выход на руководителей высшего звена. Я для них – мелкая рыбешка. Наручники мне не грозят. Но это не главное. Главное то, что Паголетти слишком заметная фигура в международном бизнесе, чтобы играть в такие игры.

– Согласен с вами, – кивнул головой Сиад. – К тому же я знаю его в лицо. Это действительно Луиджи Паголетти, владелец сети отелей в Европе, Восточной и Юго-Восточной Азии. Ему принадлежат солидные доли во многих крупнейших туристических бюро, агентствах пассажирских перевозок.