Бойцовская порода - Лев Пучков

Кузя не торопил с возвратом долга и неожиданно проявил интерес к реставрированному питомнику.

— А что… у вас может получиться, — как-то заметил он, приехав в очередной раз навестить одноклассника и немало удивившись идеальному порядку, царившему в песьем хозяйстве. — На этом же ведь можно очень даже неплохо забогатеть…

Так вот — Кузя выручал. С долгом не торопил, подбрасывал деньжат в трудный период (отдадите, когда заработаете — пусть это вас не волнует!), в этот же период, познакомившись поближе с Толхаевым и узнав, что тот в прошлом — опытный хирург с солидным военным стажем, неожиданно оказал инвалиду протекцию:

— Иногда такие дурацкие случаи случаются… — единственный недостаток краснореченского Форда — велеречивость и некоторая путаница в выражениях — следствие однобокой начитанности — не мешал ему жить в свое удовольствие и расти вширь и вглубь. — Попадает, к примеру, хороший человек в нехорошую историю… Ну и надо всемерно ему помочь. А ему пойти некуда в связи с обстоятельствами. Там его однозначно сдадут, куда его будут водворять при трагическом раскладе на предмет оказания медицинской помощи — там всякие сидят, докладывают кому положено. Вот в этом случае и может пригодиться твой опыт, знания, умения и навыки. И за это могут дать хорошие деньги. Если, конечно, договориться правильно — чтобы сразу не завалили огнестрельно, без соответствующего разбора. Кому попало ведь такие вещи не поручают, необходимо иметь определенный вотум доверия, рекомендацию…

Иными словами, Кузя намекнул, что на краснореченском рынке услуг иногда возникают такие щекотливые ситуации, когда позарез нужен опытный врач, способный держать язык за зубами. «Черный хирург», то бишь. Толхаев раздумывал недолго — не в той они ситуации были, чтобы отказываться от дополнительного источника дохода, пусть и связанного с определенным риском…

Первый же приплод оправдал все усилия, затраченные на реконструкцию питомника и кропотливую работу с производителями. Новоявленные заводчики, дав всего одно объявление в местных «Краснореченских ведомостях», выгодно распродали весь помет — даже троих отбракованных с пупочной грыжей забрали с небольшой скидкой.

Помимо сиюминутной выгоды, наша компания также поимела массу заявок на последующие приплоды и неожиданно для себя обзавелась четырьмя солидными клиентами, желающими дрессировать только что приобретенных питомцев по консервативной отечественной методике. Эти товарищи в возрасте изрядно впечатлились лекцией, спонтанно прочитанной Рудиным, и некоторыми трюками, которые безо всякого умысла — только чтобы позабавить покупателей — продемонстрировали Ваня с Сашей при помощи Ингрид, спаниеля Джека и Алисиных страхомордых ризенов.

— Не зря страдали, — лаконично высказался Рудин, получив деньги за последнего щенка и обводя соратников торжествующим взглядом. — Мы еще развернемся! Лиха беда — начало…

Стартовый успех нового предприятия привлек внимание не только краснореченских доголюбов. Увы, мы с вами прекрасно знаем: в нашей стране есть старая добрая традиция, кратко выраженная в меткой русской поговорке: «один с сошкой — семеро с ложкой». То есть к любому прибыльному делу сразу же пытаются присосаться разнообразные типы, которые наделены талантом умело паразитировать за счет работного люда, а сами трудиться не желают.

Начал все тот же пресловутый Кузя — владелец заводов, газет, пароходов.

— Хорошее дело получилось, — похвалил он, когда Рудин отдал треть долга, пообещав окончательно расплатиться после второго помета. — Теперь вам, дорогие мои друзья, нужен сильный покровитель. Без покровителя тут никак не получится. Мало ли могут какие проблемы возникнуть? В наше время предостаточно всяких недоброжелателей, желающих поживиться за счет всяких других людей и сорвать на этом хороший куш. Инспектора всякие, органы различные, опять же, отморозки разнообразные…

— Да ну, какие проблемы? — пожал крепкими плечами Ваня Соловей. — Меня тут все знают с пеленок, родной город, чай! А отморозков этих я знаю наперечет — они в горшок гадили, когда я на свою первую войну собирался.

— Ну — смотрите, — неопределенно кивнул Кузя. — Если что — не стесняйтесь обращаться по знакомому адресу…

Ну и получилось все, как предрекал велеречивый Кузя. А скорее всего именно с его подачи и получилось. Сначала нагрянули инспектора: как сговорились, через день. Налоговая, пожарная, санэпидем и ветконтроль, регистрационная палата обнаружили кучу недостатков, всерьез пообещали закрыть, разорить, пустить по миру, посадить куда следует, а потом, застращав как положено, обобрали до нитки. Затем припожаловал участковый с двумя рубоповцами и пристально стали интересоваться: чем да чем занимались господа предприниматели с такого-то по такой период и каковы их планы на будущее. Обещали заходить регулярно. А в завершение питомник посетили крепкие молодые люди с короткими прическами либо без таковых вовсе, на иномарке, да при оттопыривающихся полах курточек кожаных.

— А кто у нас «крыша»? — без обиняков поинтересовались молодые люди, вежливо поздоровавшись с Соловьем за ручку и кивнув Рудину.

— Да вы что, пацаны? — страшно удивился Соловей. — Какая «крыша»? Да я с вашими отцами в один садик ходил, всех вас на руках держал в младенчестве…

— Нет, вы уж ответьте, как реально обстоит расклад, — уперлись «кожаные», угрюмо насупившись. — А то нехорошо может получиться — реально…

— А как насчет поиграться? — поинтересовался незаметно подкравшийся сзади Масло, притащивший из административного здания карабин. — Игра называется — «кто быстрее». Ставлю рубль против ста баксов, что я перебью вас всех, прежде чем вы успеете повытаскивать свои пукалки.

— Всех не перебьешь, реально, — возразил предводитель «кожаных», слегка побледнев, но сохранив похвальную монументальность морды лица (а возможно, это у него врожденное было — еще разобраться надо!). — Нас много. Сначала, реально, сгорит ваш питомник. Потом, конкретно, сгорят ваши дома. Потом вас завалят — реально… Кто у нас «крыша»?

— А «крыша» у нас — Кузя, — сообщил весьма своевременно подкативший Толхаев — он по обыкновению в дневное время разгуливал по питомнику, общаясь с собаками и заряжаясь от них животной энергией. — Мы думали, вы в курсе.

— А почему наш шеф не знает, что ваша «крыша» — Андрей Сергеевич? — удивился «кожаный». — Ну реально-о таких вещах все знают! А он не знает. Может, вы за словами не следите?

— Мы следим, следим, — поспешно заверил Толхаев, заметив, что Ваня с Рудиным синхронно нахмурились и сжали кулаки. — Вы можете быть спокойны — сегодня же Кузя позвонит вашему шефу… А кто у нас шеф?

— Никита, — солидно сообщил «кожаный» и кивнул на Соловья:

— Иван Васильевич его знает.

— Вот и ладушки, — изобразил радость Толхаев. — Езжайте спокойно домой — сегодня же все порешаем…

— Ну и земляки у тебя, Иван Васильевич! — язвительно пробурчал Рудин, глядя вслед удаляющейся иномарке. — «На руках держал!» «С отцами в садик ходил!»

— Может, припугнуть разок как следует? — предложил Масло. — А потом не будут лезть — побоятся.