Шахидки по вызову - Альберт Байкалов

– Иса, – он улыбнулся, – иди один. Я буду улица!

– Да что вы, – перейдя на русский, торопливо зашептал Юсуп. – Вам будут рады в этом доме!

Пройдя по коридору, они оказались в просторной комнате, освещенной тусклым из-за слабого напряжения светом электрической лампочки.

У плотно зашторенного окна, выходившего во двор, за столом сидели четверо бородатых чеченцев. Один из них, выглядевший старше, заботливо придерживал забинтованную и висевшую на перевязи руку. Защитного цвета куртка была накинута на голое тело.

Все как по команде развернули головы в сторону вошедших.

– Здравствуйте. – Иса как ни в чем не бывало оглядел комнату, словно убеждаясь, что после его исчезновения все осталось как прежде. – Ну вот и встретились, брат!

– Это Иса Батаев, – засуетился Юсуп, обращаясь к мужчинам, сидевшим за столом. – Я вам о нем рассказывал.

– Мое имя Смит. – Сдержанно улыбаясь, Лепутович подошел к столу и протянул руку поднявшимся навстречу боевикам. – Я есть друг.

– Странно, – пристально глядя в глаза, проговорил раненый. – Я не слышал, чтобы в наших рядах были англичане. Разве только журналисты…

– Пять лет назад я встречал в Аргуне похожего типа, – прохрипел здоровенный боевик, отвечая на рукопожатие Лепутовича. – Меня зовут Майбек.

– Хампаш, – представился щуплый и по виду самый молодой чеченец.

Иса прошел к столу и выжидающе посмотрел на родственника.

Спохватившись, тот придвинул небольшую скамейку.

– Кто твои гости? – поблагодарив брата кивком и усаживаясь, спросил Батаев.

– Они, как и ты, воюют с неверными, – стрельнув виноватым взглядом в сторону раненого боевика, пояснил Юсуп.

– Почему ты уверен, что твой брат такой же, как мы? – неожиданно зло процедил грузный косматый чеченец, развернувшись на стуле в сторону хозяина дома. – Я много слышал о твоих родственниках, работающих в милиции и ушедших к нам. Но с тех пор утекло много времени, а они нигде себя не проявили. Да и откуда в Чечне англичанин? Может, он хочет выдать себя за Белана Мациева, который носит такое прозвище?

За столом воцарилась зловещая тишина.

Лепутович, делая вид, будто не понимает, о чем речь, принялся удивленно хлопать глазами и крутить головой по сторонам.

Боевик, сидевший ближе всех к Исе, встал из-за стола:

– Расскажи, кто ты?

– Мы ищем людей, которые врываются в наши дома по ночам и увозят наших братьев, – с раздражением в голосе ответил Иса.

– Зачем они вам? – насторожился раненый. – Если хочешь знать – поделом им. Они сотрудничали с милицией.

– Ты хочешь сказать, это сделали не русские? – изобразив на лице удивление, протянул Батаев.

– Если ты действительно на нашей стороне, то должен знать, чьих это рук дело. – Подозрительность и настороженность во взгляде бандита сменились разочарованием.

– Вот ты себя и выдал! – радостно воскликнул Майбек и толкнул Ису в грудь.

От неожиданности тот полетел спиной на пол.

Однако Лепутович успел сориентироваться. Едва уловимым движением он перехватил руку Майбека и ударил его ногой в грудь. Не успел тот слететь со своего стула, а Юра уже направил автомат на сорвавшихся было со своих мест боевиков и щелкнул предохранителем:

– Стоять!

Все замерли, с ненавистью глядя на него. Иса поднялся и, отодвинув ногой лежащую на полу скамейку в сторону, вынул пистолет:

– Оружие на стол!

– Не торопись, – раздался голос сзади.

Он не принадлежал Юсупу, поэтому Лепутович сделал вывод, что несколько боевиков, перед тем как они вошли, укрылись в соседней комнате. Решение созрело мгновенно. Он на линии огня с бандитами, которые за столом. Резко бросив тело вниз и одновременно крутанувшись на месте, Юра нажал на курок.

Треск очередей ударил по барабанным перепонкам. Невзирая на то что за его спиной теперь находились боевики, двое их дружков принялись палить в прапорщика из пистолетов. С каждым их выстрелом в его глазах становилось темнее, а звук пальбы становился тише. Последнее, что он видел, это как один из них упал, уже стреляя в потолок, а второй, прижав свободную руку к животу, целился в него.

* * *

Проводив взглядом Ису и Лепутовича, Мишенев забрался обратно в машину.

– Зря с ним Юрка пошел, – донесся с заднего сиденья голос Стромилова. – Какой из него иностранец?

– Думаешь, вычислят? – глядя на него в зеркало заднего вида, спросил Максим.

– Все равно Иса к родственнику шел. Заподозрит тот что-то или нет – небольшая беда. Разберутся сами. Вот при постороннем, да еще русском… – Стромилов сокрушенно вздохнул.

Ефим отвечал в группе за медицинское обеспечение. Среднего роста, со слегка вьющимися темными волосами и заостренным подбородком кареглазый прапорщик до того, как попасть в ГРУ, служил начальником медицинского пункта мотострелкового батальона. Фельдшер по образованию, он имел за плечами полторы сотни прыжков с парашютом, был мастером спорта по самбо. Воевал в Таджикистане и первую чеченскую. В составе группы успел побывать в Африке. По сложившейся традиции, его называли Док – производная от слова «доктор».

Мишенев заволновался. Он и сам подозревал, что Лепутович может только осложнить дело. Тем более без подготовки выдавая себя за иностранного наемника. Ко всему как-то сразу не подумал – откуда здесь взяться англичанину, да еще отставному майору? Другое дело – журналист. Тут и прикидываться иностранцем не надо. За боевиками постоянно ползают и российские представители прессы. Хотя на труженика пера он также мало походит, а о наличии необходимых атрибутов и вовсе говорить не приходится. Офицеры даже записных книжек с собой не носили, полагаясь на память.

– В брата он стрелять не будет, – чтобы успокоить себя, сказал Максим.

– Давай я с тыльной стороны дворов зайду, – предложил Стромилов.

– У них там везде собаки, – возразил Мишенев.

Неожиданно со стороны села донеслись приглушенные автоматные очереди. Стреляли где-то внутри дома.

– Черт! – Максим кубарем полетел наружу.

Следом на дорогу выскочил Стромилов.

– Неужели напоролись? – послышался в темноте его голос.

– Пошли, – проговорил Мишень и направился туда, куда совсем недавно ушли Иса и Лепутович.

Небо уже серело. Близился рассвет.

Тем временем над селом поднялся невообразимый шум. Лаяли собаки, слышались крики людей, хлопали калитки.

Они свернули с дороги, которая проходила через Беной, и направились в гору, обходя его справа. Мишенев на ходу вынул ночной бинокль. Поднявшись чуть выше домов, он остановился и принялся в него смотреть, пытаясь увидеть тот, куда ушли разведчики. По словам Исы, он был пятым от края. В это время из висевшего на груди наушника переговорного устройства послышались щелчки. Постукивая ногтем по микрофону, Док подавал сигнал «внимание».