Волки на воле и взаперти - Александр Тамоников

— Проверяла?

— Конечно.

— Значит, мы не поторопились с переводом денег на счет агента?

— То, что заплатили заранее, правильно. Губанов вполне мог оставить при себе инструмент до получения денег. А это — до обеда завтрашнего дня.

— Хорошо. Проходи в гостиную, черт бы побрал эти квартиры, в них могут жить только русские.

Эльза зашла в комнату, из которой был вход в спальню. Да, удобной планировкой эта квартира не отличалась. Но ЦРУ и снимало именно такие, чтобы меньше привлекать внимание к своим агентам. Резидент мистер Олби Вуд жил открыто и на широкую ногу, его в российской разведке хорошо знали и вели за ним наблюдение, что, впрочем, не мешало Вуду осуществлять свою прямую деятельность через своего помощника Арчи Рамиреса, имевшего российский паспорт на имя Александра Сергеевича Романова и официально зарегистрированного в качестве мелкого предпринимателя.

На столике у дивана стоял ноутбук. Джонсон приказал:

— Давай, что там узнал Губанов.

Эльза Катри достала инструменты, через специальное устройство подключила «зажигалку» — на экране высветились фото.

Джонсон наклонился к экрану:

— Так, посмотрим, кто собирался в Администрации на секретное совещание. Ага, советник президента Воронов. Но это было понятно, генерал Вельяминов, об их вчерашней беседе мы оповещены, дальше — охрана… Так, а это что за генерал-майор?

Он включил идентификацию:

— Ясно, заместитель главкома генерал-майор ВКС Кузнецов Борис Семенович, следующий офицер, генерал-майор Худенко Анатолий Васильевич — тоже заместитель главкома ВКС по личному составу, полковник Величко Дмитрий Григорьевич — командир танковой дивизии, Забаров Алексей Петрович — заместитель командующего войсками ПВО-ПРО. Старший лейтенант… этот нас не интересует, так — полковник турецких вооруженных сил, старший офицер штаба Сухопутных войск, полковник Хакан Селик. Известная личность, принимал активное участие в подавлении восстания в Турции, первый помощник командующего Сухопутными войсками. Дальше — охрана, все! Отлично. С этой задачей Губанов справился. Теперь послушаем, о чем говорили эти высокопоставленные чины.

Катри предупредила:

— Это займет больше двух часов.

Джонсон взглянул на нее:

— Ты куда-то торопишься?

— У меня не может быть личных дел?

— Сегодня нет. Сегодня ты будешь со мной. Не все же спать с тобой этому русскому чиновнику? Ты поняла меня?

— Да.

— Подключай записывающее устройство!

Эльза выполнила распоряжение шефа.

Джонсон слушал переговоры через наушники. За все время не дрогнул ни один мускул на его холеном лице. Эльза выкурила не меньше десяти сигарет и выпила полбутылки сухого вина.

Отложив наушники, Джонсон проговорил:

— Мы имеем полное подтверждение агентурных данных из Турции. Москва и Анкара планируют в ближайшее время сепаратные переговоры с целью выработки решения по созданию буферной зоны вокруг Идлиба, лишение повстанческих сил, включая группировки, подконтрольные нам, тяжелой техники и вооружения, раскол группировок, но главное — устранение причин нанесения ракетного удара.

— Каким образом русские и турки могут повлиять на удар? — спросила Катри.

Джонсон посмотрел на нее:

— А ты сама не догадываешься?

— Если бы догадывалась, не стала бы спрашивать.

— Объясню. Провокация с применением химического оружия войсками Асада в условиях контроля Идлиба русскими и турками теряет всякий смысл. И дело даже не в этом. Мы не сможем нанести удар, если в провинции будут русские и турки. А к провокации все готово. Остались детали.

Катри вновь задала вопрос:

— А как насчет демонстрации русским постановочных видео химической атаки? Они показали кадры съемок на весь мир. В то время когда никакой атаки не было и в помине.

— Это все ерунда. Демонстрация русских не остановила бы нас. А вот реализация совместного плана Москвы и Анкары лишит нас возможности нанести удар. Потому что в этом случае части русских и турок тут же начнут наступление на Идлиб с одновременным ответным ударом ВКС и ВМФ России по подконтрольным нам группировкам оппозиции. Это они и хотят согласовать.

— Так, значит, русские переиграли нас?

— Пока еще нет и, надеюсь, не переиграют.

— Как?

— Не задавай, Эльза, ненужных вопросов.

Джонсон принес из спальни спутниковый телефон. Ему надо было связаться с заместителем резидента Арчи Рамиресом. Он настроил телефон и набрал номер.

После нескольких секунд двойных гудков Рамирес ответил:

— Слушаю.

— Это Том.

— Приветствую тебя, Том!

— И я тебя приветствую. Информация из Анкары полностью подтвердилась.

— Слушаю, — повторил заместитель резидента американской разведки.

— Наш человек в Администрации получил подтверждающую информацию.

— Сбрось ее в закодированном виде на мой компьютер. Замаскируй под прайс строительных материалов. Данные по материалам и ценам возьмешь в Интернете. Я все передам Вуду!

— Понял, отправляю немедленно.

— Да, для этого сейчас самое подходящее время. Как только с информацией ознакомится Вуд, ожидай дальнейших распоряжений.

— Да, Арчи.

— Эльза с тобой?

Джонсон удивился:

— Извини, дружище, но какое тебе до этого дело?

— В личном плане — никакого. Она может понадобиться, так что пусть будет рядом, насколько это возможно.

— Не понял замысла, но подчиняюсь. Эльза будет со мной, чтобы выйти на меня в любую минуту.

— О’кей! Хорошего тебе времяпрепровождения с очаровательной мисс Катри. Отбой.

Рамирес-Романов отключился, выключил телефон и Джонсон. Повернулся к Катри:

— Ты слышала наш разговор?

— Да, — призналась Эльза.

— Тем лучше. Сбрось полученную информацию Рамиресу и приготовь ужин. Легкий ужин. Затем душ и… ну ты сама знаешь, что дальше. И еще, тебе необходимо быть рядом со мной в ближайшие дни.

— Слышала. Без проблем!

— Занимайся.

Пока закодированное сообщение отправлялось заместителю резидента, Эльза приготовила легкий ужин, выставила бутерброды, начатую бутылку виски и бутылку вина. Джонсон в это время принял душ.

Ночь они провели бурную. Утром привели себя в порядок, выпили кофе.

Катри спросила:

— Находиться рядом с тобой это означает сидеть в этом клоповнике?