Эта война еще не кончилась - Борис Бабкин

Даже если его остановили люди Бараева, на которого сейчас ссылался Денис, то это ничего не значило. Боевики, а тем более инструктора, коим вполне мог быть Денис, не знали друг друга. Прошедшие двух– трехмесячные курсы подготовки в тренировочном центре Урус-Мартана не могли назвать инструкторов или тех, с кем проходили подготовку. Поэтому Денис не спешил стрелять – его скорее всего убили бы – и вел себя достаточно нагло. С облегчением заметив, как боевики нерешительно, как бы спрашивая друг у друга совета, переглянулись, он засмеялся.

– Ладно, воины, – кивнув, демонстративно посмотрел на часы, – пора мне. – И неторопливо пошел вперед. Проходя мимо машины, увидел на заднем сиденье миномет.

– Подожди, – остановил его лысый боевик, – документы есть какие-нибудь?

– Бумаги у людей Масхадова, – усмехнулся Калмыков. – Справку он где-то потерял, а я… – Он засмеялся и сделал шаг вперед.

– Стой! – преградил ему дорогу другой боевик, рослый бородач с мрачным лицом. – Садись, – кивнул он на машину. – Поедешь с нами. Если правду сказал, отвезем куда надо.

Денис увидел направленные на него стволы автоматов и мысленно обложил себя матом.

«Надеюсь, „лимонку“ взорвать в машине успею», – вздохнул он. И тут мрачный боевик, вздрогнув, ударился головой о капот и упал. Одновременно с ним упал второй. Денис сразу же приставил автомат к животу третьего и ногой достал копчик присевшего четвертого. Тот взвыл от боли. И, сразу же оборвав крик, свалился на асфальт. Калмыков прикладом разбил ему голову и оглянулся. Бил снайпер, а…

– Денис! – услышал он, увидел на той стороне дороги Малику и замер. Но он был слишком опытен, чтобы долго удивляться. Оглядевшись и не заметив ничего угрожающего – если кто и видел, как падали боевики, то кричать об этом не спешил, – начал закидывать воинов Аллаха в машину. Запихнув последнего, захлопнул дверцу и увидел приближающуюся колонну грузовиков. Выматерился. И тут раздался рокот самолетов. Су-24 зашли на колонну. От машин в разные стороны бежали боевики. Раздался мощный взрыв. Первый грузовик раскидало на тлеющие куски металла, брезента и каких-то ящиков. По самолету стреляли успевшие отбежать от колонны боевики. Самолет снова ударил ракетой. Замыкающий колонну джип, окутавшись огнем и дымом, как бы растворился в воздухе. О нем напоминало только катившееся по земле колесо.

– Так их духов! Давай, братишка! Давай сукам! – упав на землю, довольно прошептал Денис.

Самолет ударил еще два раза. На этот раз попадание было неточное – бомбой разметало стоявший у дороги дом. Соседний слева покосился с выбитыми стеклами. Небольшой домик справа рухнул. Из-под обломков раздавались отчаянные крики. Самолет, сделав круг, начал уходить. Денис поднял голову и увидел, что к рухнувшему дому стремительно бегут Малика и Марият. Посмотрел на то, что осталось от колонны. Оставшийся невредимым, не считая выбитых стекол и спущенных колес, грузовик объезжал горящие остатки машин по обочине. Из перевернувшегося джипа несколько боевиков вытаскивали какого-то человека в камуфляже. Семь или восемь боевиков относили от дороги трупы. От подъехавших машин к ним на помощь бежали воины Аллаха. И никто из боевиков не обращал внимания на разрушенный дом и пострадавших. Шустрый, европейского вида мужчина в очках снимал видеокамерой дома. Денис увидел идущих к нему девушек. Махнув рукой, остановил их. Девушки поняли и пошли к разбитой колонне. О чем-то поговорив с командиром, стали помогать раненым. Европеец, что-то крикнув, махнул рукой. Командир кивнул. К дымящимся развалинам подтащили троих окровавленных боевиков. Уложили их возле поваленного забора и присыпали землей. Европеец начал снимать. Крики из-под разрушенного домика прекратились. Денис увидел, что девушки отошли от дымящихся обломков машин и, взглянув на него, двинулись к большому, крытому железом дому. Остановились у ворот и снова посмотрели на него. Он кивнул. На Дениса никто не обращал внимания. Громкая чеченская речь изредка перемежалась русским матом. Несколько боевиков стояли над трупами. Опустившись на колени, они подняли руки к небу и что-то стройным хором запричитали.

«Арабы», – понял Денис. Решив, что он привлекает внимание, неторопливо пошел к «уазику». И повеселел, увидев изодранный осколками брезент. Заглянув, облегченно вздохнул. Сложенные им туда боевики представляли собой окровавленную бесформенную кучу.

– Убирай машину! – услышал он. Вздохнув, Денис сел за руль. Сиденье было залито кровью, влажное тепло которой он почувствовал через брюки. Он сдал машину на обочину. Левая сторона как бы распалась, и на асфальт вывалился миномет. Он выматерился. К нему подбежали трое чеченцев.

– Давай его в сторону, потом заберешь!

Денис, кивнув, вышел. Они вчетвером оттащили миномет с дороги. И тут раздался громкий тревожный крик. Помогавшие ему бородачи бросились к парку. Денис поднял голову и увидел две быстро приближающиеся точки.

– Самолеты! – Он бросился к дому, в который вошли девушки.

– Марият! – подскочил он к воротам. – Уходим! Быстрей!

Девушки выскочили из дома и оторопело смотрели на него. Денис увидел сидевшего у окна старика.

– Уходите! – махая рукой, закричал он. – Самолеты!

Девушки побежали со двора. За ними – девчонка, но строгий окрик старика вернул ее назад.

– За мной! – Денис бросился вперед. Девушки побежали за ним. Обе держали в руках винтовки. Два штурмовика снова атаковали скопившиеся машины. Некоторые автомобили разворачивались и на скорости уходили туда, откуда приехали. Другие, мешая друг другу, пронзительно сигналили. Из светлой «Волги» выскочил пожилой мужчина и стал размахивать белой тряпкой. Хлопнул выстрел. Мужчина упал. С земли по самолету стреляли. Два раза подряд грохнули взрывы. «Волга», подброшенная близким разрывом, перевернулась. Денис услышал отчаянный детский крик. Его обдало взрывной волной.

– Ложись! – крикнул он, бросаясь на землю. Девушки за ним. Взрывы, выстрелы, крики ярости, боли и ужаса смешались.

* * *

Молодая чеченка в повязанном до бровей темном платке осмотрела рубленую рану на спине Юрия. Намочив в каком-то растворе тампон, стала осторожно промывать рану. Парень застонал.

– Вы кто? – уже не в первый раз спросил Александр. – Почему вы наши фамилии назвали? Вы кто?

– Всему свое время, – спокойно отозвался молодой крепкий чеченец с короткой бородой. – Главное, успокойтесь, вы у друзей. Досталось! – покачал он головой.

– Перепало, – согласился Сашка. – Но почему вы…

– Я сам ничего не знаю, – признался чеченец. – Что велели, то и сделал.

Александр удивленно покачал головой. После того как их вытащили из ямы и посадили в машину, ехали они недолго. По расчетам Александра, выехать из Чечни не могли. В большом дворе, окруженном высоким дощатым забором, их вывели из машины, и они прошли в большой дом. Две молчаливые женщины в длинных платьях и платках помогли им спуститься вниз, в комнату с двумя кроватями. Зажгли керосиновую лампу. Так же молча вышли и, вернувшись, поставили на столик кувшин с молоком, положили два больших куска домашнего сыра, четыре пышные, мягкие и даже на вид вкусные лепешки и тут же удалились. Парни начали есть. На их счастье, в комнату вошел старик. Быстро отнял у них сыр и лепешки и, позвав женщин, что-то громко и гневно им высказал. Женщины забрали сыр, лепешки и, налив по стакану молока, унесли и кувшин. Минут через пять старик сам принес стакан меда.